/ / Общественно-политические и в области права
10.10.2017

Суд вынес приговор: Прямая телефонная линия с начальником Департамента исполнения наказаний МВД Сергеем Дорошко

Трехчасовой «марафон» – столь продолжительное дежурство Сергея Дорошко на телефоне было сделано для того, чтобы как можно больше граждан смогли задать генерал-майору милиции волнующие их вопросы. Ответы были даны исчерпывающие. Тем более что Сергей Иванович провел «прямую линию» с целой командой специалистов, представителей ДИН. Мы приведем наиболее интересные диалоги.

Сергей Дорошко

Электронный контроль и другие перспективы

– Говорят, скоро появятся браслеты слежения, и не всех преступников будут отправлять в колонии. Если так, то это серьезный шаг. (Владимир, Ивацевичи)

– Это так. Использовать электронные браслеты планируем со следующего года. Законодательная возможность у нас уже есть. Однако применять их будем лишь к неопасным для общества осужденным, совершившим не тяжкие преступления. Это позволит сократить количество людей в учреждениях уголовно-исполнительной системы. То есть, не изолируя, мы ограничим человека в некоторых правах и будем за ним таким образом присматривать.

В целом уже многое сделано, чтобы привести пенитенциарную систему к нынешнему состоянию, по бытовым и режимным моментам, медобслуживанию и т.д. В принципе, остались штрихи: отремонтировать некоторые изоляторы, в отдельных колониях привести в порядок спальные помещения. Со следующего года также хотим открыть воспитательный центр вместо детской колонии, где несовершеннолетние будут находиться в условиях, способствующих перевоспитанию и получению образования. Здесь тоже используем социальные лифты, поэтапное снижение или замену наказания более мягким.

– Сергей Иванович, когда заработает сельхозпредприятие Департамента исполнения наказаний в Светлогорском районе и кто там сможет работать? (Брат осужденного, Сергей Н.)

– Сергей, многопрофильное агропромышленное хозяйство «Хутор-Агро» Департамента исполнения наказаний начнет работу с января 2018 года. Это первое подобное предприятие в Беларуси. Планируется расширить его свиноферму, колбасный цех и цех по производству комбикормов. Трудоустроиться предложат тем, у кого заканчивается срок, кому заменили наказание более мягким или условно-досрочным, исправительными работами. Это хорошая помощь особенно тем, кому некуда идти. Мы же восстановим им паспорта, другие документы, предложим жилье и работу. Разве это плохо? И я искренне не понимаю так называемых борцов за права осужденных, негативно высказывающихся по поводу сельхозпредприятия. Если вы не знаете сути вопроса, лучше промолчать.

– Звоню из Гомеля. Наталья Кривошеенко. Вы наверняка изучаете международный опыт. Любопытно, есть ли отличия работы с осужденными в разных странах? И как в этом плане котируется Беларусь?

– Я вам честно скажу: нам надо всего пару лет, чтобы завершить задуманное, и белорусская уголовно-исполнительная система будет одной из лучших в мире. Мы внимательно изучали опыт других стран. Что-то применимо у нас, что-то нет. Допустим, в Молдове, Азербайджане, Армении в местах лишения свободы осужденные не работают. Там нет, как у нас, производств, люди просто сидят, читают книжки, занимаются спортом. В некоторых федеральных землях Германии, наоборот, обязаны трудиться. И это правильно. Во-первых, полезно с точки зрения воспитания. Во-вторых, в колонии человек получает рабочую специальность и, освободившись, может устроиться по профессии. А теперь представьте: парень сидит с 17 лет, вышел – не имеет ни профессии, ни опыта работы, и попробуй устройся куда-нибудь. Скорее всего, он снова совершит преступление. Кстати, средний возраст людей в местах лишения свободы 35–40 лет, то есть самый трудоактивный. Казалось бы, пожалуйста, зарабатывайте, а не тяните последнюю копейку с родителей.

– Будет ли амнистия? – прозвучал вопрос от Надежды из Березино.

– Надежда, в этом году амнистия не ожидается.

– Узнала, что мужа перевели из одной колонии в другую. Мне сказали, что это из-за угрозы его жизни и здоровью. Я беспокоюсь: что это значит и кто гарантирует ему безопасность в другом месте? (Ольга, Новополоцк)

– Я гарантирую вам это. Дело в том, что единственным основанием для перевода осужденного из одной колонии в другую как раз и является угроза его жизни и здоровью. То есть если сотрудники видят, что сложилась ситуация, в которой человека действительно лучше перевести (в его же интересах), к примеру, из-за конфликта между осужденными, тогда принимается именно такое решение. На новом месте, уверяю вас, каких-то притеснений и тому подобного не будет. Ваш супруг сможет отбывать наказание, как и все.

– Возможно ли досрочное освобождение в связи с тяжелым состоянием здоровья? Спасибо. (Виктор Олегович, пенсионер)

– Виктор Олегович, в статье 92 Уголовного кодекса сказано, что такое возможно. Однако тяжесть заболевания должна подтвердить специально созданная медицинская комиссия МВД. Окончательное решение примет суд.

– Можно рассчитывать на досрочное освобождение или смягчение наказания, если имеются дисциплинарные взыскания? (Александр Лыщинский, Минская область)

– Когда у осужденного по сроку подходит время решать вопрос о замене более мягким наказанием или условно-досрочном освобождении, он обязательно будет рассмотрен. Однако если имеется дисциплинарное взыскание, человек просто не пройдет комиссию, которая принимает решение.

– Звоню вам из Мозырского района. Мария Семеновна. Один мой сын сидит в Бобруйске, второй в Могилеве. Я на пенсии, тяжело ездить туда, потом туда. Нельзя ли перевести сыновей в одну колонию? Они осуждены по разным преступлениям.

– Когда у вас следующее свидание с сыновьями?

– Не знаю, Ванька еще не писал.

– Мария Семеновна, возможно, на следующее свидание поедете к обоим детям уже в Могилев.

Положив трубку, Сергей Иванович дал указание подчиненным:

– Знаю эту ситуацию. Режим у обоих одинаков, поэтому ближайшим этапом переведите в Могилев. Дадим парням шанс.

– Я из Мозыря, Ирина. Так сложилось, что мне приходится бывать в Шкловской колонии. Хочу сказать большое человеческое спасибо начальнику и его замам. Сразу видно, хозяйский подход, администрация наводит на месте порядок и к нам внимательна.

– Это приятно слышать. Спасибо.

– Сколько иностранцев в белорусских колониях? (Георгий, Смолевичский район)

– Сейчас в наших учреждениях содержится около тысячи иностранных граждан. Наказание они отбывают на общих основаниях. Как все. Никаких проблем у нас с ними нет.

– У меня такой вопрос: откуда пошла практика создавать места лишения свободы в городах? Такое соседство лично меня настораживает. (Павел Лисицын, Гродно)

– Когда-то такие учреждения были за городами или на окраине, но города расстраиваются. Потому и получилось так, как получилось. Специально переносить куда-то колонии и тюрьмы не планируем. Да и проблем, насколько я знаю, они людям не доставляют.

О пенитенциарной медицине

– Могу я передать в колонию лекарства? (Марина Кравцова, Брестчина)

– Если это действительно необходимо, можете. Родственники могут передать такие отправления осужденным, находящимся в медчасти или больнице учреждения уголовно-исполнительной системы. Но только с разрешения начальника медчасти, отделения больницы учреждения.

Медикаменты на руки осужденным не выдаются, лекарства принимаются при медработнике. Исключение могут составлять препараты, не содержащие наркотических, ядовитых или сильнодействующих веществ, если их нужно принимать непрерывно, продолжительное время. Выдавать такие препараты либо нет на руки больному, решает начальник медчасти с назначения врача.

– Меня Наталья зовут, я из Мяделя. Скажите, как контролируют в исправительных учреждениях санитарно-эпидемиологический режим? Наверное, там очень распространен туберкулез?

– Нет, вы не правы. Места лишения свободы очень жестко контролируются прокуратурой, санэпидемстанцией, Минздравом. Диагностике и лечению туберкулеза мы уделяем много внимания. Только за последние несколько лет департамент открыл семь новых кабинетов с современным оборудованием. Это я не говорю о тех рентгенкабинетах, которые есть в других медчастях.

Первый медосмотр человек проходит еще в СИЗО (включая флюорографию). В дальнейшем все проходят флюорографию один раз в полгода. При подозрении на заболевание гражданина изолируют, направляют в республиканскую больницу ИК-12, единственную в стране такого рода, где лечат туберкулез. Кстати, 80 процентов больных туберкулезом мы выявляем при профилактических осмотрах.

– А ВИЧ-инфицированные?

– От общего количества по стране 10 процентов ВИЧ-инфицированных содержатся в учреждениях уголовно-исполнительной системы и ЛТП. Естественно, за ними тоже постоянное медицинское наблюдение. Если такие люди прежде получали антиретровирусную терапию, то она будет продолжена и в местах заключения. Если же таковой ранее не было, то предложим начать лечение.

– Сергей Иванович, звоню из Бобруйска. Если человека отправили на «химию», он может ходить в поликлинику по месту жительства до осуждения?

– Нет. Медпомощь осужденным к ограничению свободы в исправительном учреждении открытого типа оказывают организации здравоохранения именно по месту нахождения ИУОТ. За одним исключением – в случае заболевания, лечение которого в нашем учреждении невозможно.

– Сын в колонии. Он проходил по 155-й статье и был в «Новинках» на судмедэкспертизе. Это время входит в общий срок отбывания наказания? – спрашивает минчанка.

– Нет, не входит, потому что ваш сын был на экспертизе еще до заключения под стражу. Так определено законодательством.

– У него опухоль мозга. Правда, официально инвалидности у него нет. В детстве была, потом он документ порвал и не пошел продлевать. Какие-то льготы для него в колонии есть?

– Сейчас нет. Но мы направим парня на МРЭК. И если он получит инвалидность, то будут и льготы.

– Вот большое вам спасибо. И люди у вас работают человечные. Недавно говорила с начальником ИК-5. Выслушал, поддержали, успокоили: мол, не переживайте, у нас не так плохо, как в интернете пишут. Спасибо за то, что у вас там такие люди есть... Каждой матери своего ребенка жалко. Какой бы он ни был.

О наркостатье и ЛТП

– Нет ли в колониях с осужденными по наркостатье перелимита? (Ольга Володина)

– Сегодня эта проблема почти решена: мы перепрофилировали под еще одну аналогичную колонию ЛТП.

– Это Олег Чеботарь звонит. Говорят, что те, кто сидит за наркотики, по статье 328, не могут выйти на свободу раньше или перевестись на более мягкий режим.

– Нет, это неправда. Вопросы представления к замене неотбытой части наказания более мягким, а также по условно-досрочному освобождению находятся в компетенции администрации исправительных учреждений. И если человеку подошел срок для рассмотрения данного вопроса, руководство колонии обязано проработать его в месячный срок. Так и для осужденных по статье 328. Но вы должны понимать, что применить институты досрочного освобождения или нет к каждому конкретному кандидату, решаем не мы, а суд.

– Сергей Иванович, беспокоит вас мама осужденного из ИК-2. Он сел по статье 328, часть 2. В Речице у него жена, дети, квартира, на работе его ждут. Ему осталось 7 месяцев до конца срока. Нарушений нет, только поощрения. Можно ли к нему после освобождения не применять депортацию? Он гражданин России, но там у него никого нет.

– Оставьте номер вашего телефона. Сейчас свяжемся с начальником колонии, Бобруйской службой по гражданству и миграции, посмотрим, какова ситуация. Минут через 20 вам перезвонят и подскажут, как правильно поступить.

– Скажите, лечебно-трудовые профилактории – это больше наказание или помощь? Есть ли обществу от него польза? (Виктор Киселев, Вилейка)

– В обществе однозначно воспринимают ЛТП положительно, поскольку временно изолируются люди, злоупотребляющие алкоголем. А значит, в этот период отдыхают их семьи, там нет насилия, морального давления. Человек в пьяном угаре не совершает преступления.

– А бывает, что алкоголики излечиваются?

– Бывает. Беда в том, что у людей, попадающих в такие учреждения, как правило, нет стремления, стимула лечиться. И как раз в ЛТП есть методики, которые помогают. Здесь мы очень тесно сотрудничаем с Минздравом.

– Значит, расходуя деньги на содержание лечебно-трудовых профилакториев, общество все же выигрывает.

– Звоню из Лиды. Татьяна Александровна. Сын осужден по статье 328 и сейчас в ИК-22. За хорошее поведение сына нас с мужем пригласили на день открытых дверей. Приятно поразили порядок и чистота в колонии. Администрация встретила нас радушно, была готова к открытому диалогу с родственниками. Мы посмотрели условия, в которых живут наши дети, медчасть современная, узнали, какая помощь там оказывается. Посмотрели, что едят. Это очень хорошая инициатива.

– Мы постоянно практикуем дни открытых дверей.

– Это стимул для осужденных к хорошему поведению. Мы восприняли это в том числе и как заботу о нас. Ведь для нас очень важно увидеть все изнутри.

О труде, образовании и рецидиве

– В прошлом году меня сильно избили, хлопец в Бобруйске сидит. Он сделал меня инвалидом, не работаю. Парню присудили выплатить мне деньги. Он не платит. Помогите. (Артем Викторович)

– Ни копейки не платит?

– Ни копейки.

– В ближайшее время деньги начнут поступать. Оставьте ваш телефон.

– Под боком несколько примеров – соседи. Бывает, человек не успел освободиться, как снова попал за решетку. Почему так? Неужели ничего не делается, чтобы бывший осужденный вернулся в общество нормальным и не пропал? (Ангелина, Минск)

– Знаете, мы в корне пересмотрели всю систему по ресоциализации, и она дает положительный результат. Кстати, ошибочно мнение, что одна милиция с этим справится, – проблемой добросовестно должны заниматься все ответственные структуры и общество. Да, мы поэтапно готовим человека к свободе, стараемся, чтобы он был ближе к дому, по освобождении мог трудиться и т.д.

– Как вы оцениваете воспитательный потенциал пенитенциарной системы? – задала вопрос Зинаида Васильевна из Наровли. – Замечаете ли какие-то перемены в людях в зависимости от того, осуждены они к высшей мере, пожизненно или на меньший срок – за наркотики или кражи?

– Многое зависит от того, насколько сам осужденный готов откликнуться на предоставленные ему для исправления возможности. Если он ценит семью, перспективы освобождения, то все обычно складывается хорошо, и мы в этом помогаем. Наша цель – исправление осужденных за счет восстановления его социальных связей с семьей, возможности получения среднего, высшего и профессионального образования, участвовать в культурных мероприятиях, обратиться к батюшке.

Очень эффективны социальные лифты. Это видно и по рецидиву, дисциплине в исправучреждениях. Приведу цифры: в 2015 году из мест лишения свободы освободились 10.800 человек. Из них за повторное совершение новых преступлений (тяжких и особо тяжких) в течение года в колонии вернулось около 150 человек. По нашим оценкам, всего менее 30 процентов освободившихся в 2015-м граждан совершили разного рода преступления повторно в течение года после выхода на свободу.

– Я – студент. Евгений. Расскажите, где сейчас «парень с бензопилой» Казакевич? Нет ли с ним проблем?

– Отбывает наказание в одном из исправительных учреждений страны, проблем с ним нет.

– А это правда, что теперь в колониях можно и высшее образование получать?

– Верно. Сейчас дистанционно в Минском инновационном университете высшее образование получают осужденные, находящиеся в исправительных колониях №№ 2, 4, 22, воспитательной колонии № 2. В этом учебном году такая возможность появилась у осужденных в ИК №№ 3, 15, 17. Популярны специальности «Экономика управления на предприятии», «Психология», «Информационный менеджмент», «Бухучет, анализ и аудит». Вскоре такая возможность появится и в других колониях. Особенно это интересно тем, кто учился в вузе, но не окончил его из-за осуждения. Практику предоставления в местах лишения свободы высшего образования будем продолжать.

– Скажите, а в наших колониях обязательно работать? (Виталий, предприниматель)

– В общем, да. Каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, которые определила администрация исправительного учреждения. Разумеется, с учетом пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и по возможности специальности. Люди заняты у нас на предприятиях, в производственных мастерских и так далее. Мужчины и женщины, достигшие общеустановленного пенсионного возраста, а также те, кто имеет I и II группы инвалидности, трудятся по желанию. Несовершеннолетние осужденные – в соответствии с законодательством о труде.

– А какую продукцию делают в колониях? Слышал, что вещи неплохие и по хорошей цене.

– Скажу так: в уголовно-исполнительной системе 14 предприятий, 4 их филиала и 9 внебюджетных производственных мастерских. Информацию по продукции и стоимости вы найдете на сайте ДИН МВД. Там же найдете и контакты интернет-магазинов, можно приобрести продукцию и через них.

– Подскажите, как засчитывается в трудовой стаж то время, пока человек сидит? (Марина, жена осужденного)

– Сведения о трудовой деятельности осужденного во время отбывания наказания не заносятся в трудовую книжку, однако время выполнения оплачиваемых работ (с 1 января 2001 года) засчитывается в трудовой стаж. До 1 января 2001 года работа в местах лишения свободы в трудовой стаж не включалась, поскольку тогда из заработка граждан, находящихся в местах лишения свободы, не удерживались страховые взносы в Фонд соцзащиты населения Минтруда.

О видеорегистраторах и бывших женах

Сергей Пивовар из Витебска поинтересовался: почему у сотрудников колоний и других подобных мест на форме нет видеорегистраторов?

– У нас система безопасности построена так, что практически везде установлены видеокамеры. Вся информация с них хранится три месяца, в любой момент можем посмотреть, что происходило. А с чем связан ваш вопрос?

– Видеорегистраторы помогли бы разрешать спорные моменты между сотрудником и осужденным или между самими осужденными.

– Те вопросы, которые возникают во взаимоотношениях, как правило, разрешаются, в том числе с помощью фото- и видеоматериалов с имеющихся видеокамер. Только в Жодинской тюрьме их более 500. Признаюсь, когда-то мы пробовали в учреждениях пенитенциарной системы использовать также видеорегистраторы, но начали модернизировать систему видеонаблюдения и пришли к выводу, что пока нам ее более чем достаточно.

Прозвучал и такой вопрос:

– У осужденного брак расторгнут, но он продолжает общаться с бывшей женой, а мать и сестра не могут приехать на свидание. Он не хочет. Как так?

– Если он не хочет видеть родственников и не принимает передачи, это его право. Но скажу, что бывшая супруга длительных свиданий однозначно не получит, они разрешены только с близкими родственниками.

– Как показала себя новая форма для юных хоккеистов? Слышал, пошили ее в одной из колоний? Скоро она будет запущена в массовое производство? (Леонид Ермолович, Поставы)

– Действительно, 50 комплектов мы отдавали на опытную носку в детско-юношескую спортшколу «Динамо». Сейчас на предприятии в ИК-4 уже начат серийный выпуск этой продукции. Стоить комплект будет более чем на 40 процентов дешевле предлагаемых на рынке брендовых аналогов. Купить хоккейную форму можно будет в сети розничной торговли либо оформив заявку на сайте предприятия № 4.

Звонков было более полусотни. Звучали и просьбы, поступали обращения и совсем не по адресу: родственник пропал без вести, у метро ведется несанкционированная продажа цветов, нужна помощь в давнем споре с соседями по даче. Начальник ДИН всех внимательно выслушал и каждое из обращений поручил подчиненным передать в службу по компетенции: «По адресу вопрос или нет, не важно, для того и проводятся «прямые линии», чтобы помочь людям найти справедливость».

Людмила ГЛАДКАЯ, «Советская Белоруссия», 10 октября 2017 г.
(фото – Александр КУЛЕВСКИЙ)