/ / Общественно-политические и в области права
13.06.2017

По следам. Квест «на месте преступления» устроили для журналистов эксперты-криминалисты Минской области

Почувствовать себя Шерлоком Холмсом. Проверить свою дедукцию и докопаться до истины на месте преступления. Один из самых необычных квестов устроили для журналистов специалисты Минского облуправления Госкомитета судебных экспертиз.

Журналисты в роли экспертов-криминалистов

Мы ехали в Молодечно. Там по легенде убили дачника. Помочь в раскрытии преступления, собрать следы, не упустив ничего важного, в роли экспертов-криминалистов предстояло нам, репортерам. Кстати, сегодня ни по одному уголовному делу не оформляют доказательную базу без каких-либо экспертных заключений. А их образованный всего четыре года назад ГКСЭ уже проводит более 200 видов. Обращаются в комитет и в частном порядке. Особенно часто – перед покупкой недвижимости или заключая другую важную сделку; приобретая с рук автомобиль – чтобы выяснить, подлинны ли на него документы, не перебит ли идентификационный номер, каково состояние машины в целом. Не менее популярны и восстановление удаленной с винчестера или карты памяти информации, а также установление отцовства по ДНК (вероятность 99,99 процента).

Экспертиза

– Ну что ж, осматривайте место происшествия. Решайте, какой участок нужно оцепить,Дмитрий Петров, старший эксперт Молодечненского межрайонного отдела, вручил нам желтую ленту. Ею следовало огородить периметр.

Смоделируем ситуацию: что здесь могло произойти? Манекен, он же «труп» дачника, лежит у стены дома. На шее – колотая рана. Рядом на земле – лопата, в нескольких метрах в траве – нож... Возможно, в дом пытался забраться вор, не рассчитывая застать хозяина. Или трагедией закончилась банальная ссора из серии «дай закурить»... Но как же двигался преступник, где мог наследить? Как попал на участок и уходил?

Журналисты в роли экспертов-криминалистов

Майор юстиции Петров подсказал: «Главное – самим не натоптать и надеть перчатки. Осмотритесь, нет ли следов направления отхода убийцы». Следов не было. Точнее, мы их не нашли. Осмотр начали, как советовал майор, от периферии к центру. Каждый найденный предмет, который мог вывести на убийцу, обозначаем табличками с цифрами: раскладной нож – «1», лопата – «2»... На ноже может быть и биологическая информация о злодее, а не только видимая красная жидкость. Кстати, кровь ли это, узнаем прямо на месте. Петров достает из чемодана криминалиста тестовую полоску, объясняет: «Смачиваем ее водой и прикладываем к пятну. Если полоска изменит цвет на сине-зеленый, то это кровь. Между прочим, для проведения экспертизы в лаборатории достаточно даже одной пропитанной жидкостью марлевой нити».

Экспертиза

Находим окурок и банку. На них могут быть отпечатки. Несмотря на то что я в перчатках, банку беру буквально двумя пальцами. Пару штрихов кистью с дакто-порошком – и на стекле проявляется отчетливая пятерня. Сдувать порошок с поверхности, даже если очень хочется, нельзя, чтобы не оставить генетикам след о себе. Тару изымаем целиком либо копируем оттиски на лист бумаги спецпленкой или клейкой лентой (затем отпечатки отсканируют и поместят в базу). Перед копированием «пальчики» фотографируем: вдруг пропадут, ведь поверхности бывают разные. А для исследования, если что, сгодятся и фотоснимки.

Мою попытку рассмотреть рану на «трупе» эксперт отсек сразу: «Трогать тело на месте происшествия нельзя, поскольку с ним тщательно будут работать судмедэксперты». Как в кино, «убитого» мелом мы не обводим, все подробно фотографируем и снимаем на видео.

Журналисты в роли экспертов-криминалистов

А вот и след от обуви. Возможно, убийцы. Эксперт помог приготовить гипсовый раствор, убрать с отпечатка на земле лишнее – листики, палочки. Песок оказался слишком сыпучим, поэтому фиксируем его обычным лаком для волос (он тоже имеется в чемодане криминалиста). Аккуратно заливаем гипс, для прочности кладем сетку или проволоку. Ждем, пока застынет, и слушаем Дмитрия: «Зимой двое неизвестных возле деревни Дуброво напали на женщину. Шла она вечером с электрички. Выхватили сумочку и скрылись. Первыми на месте преступления оказались участковые. Один пошел по следам грабителей, по полю и в лес. Второй поехал в деревню с людьми поговорить. Мы изъяли следы, тут милиционеры привезли двоих парней. Те все отрицали. До того момента, пока отпечатки их обуви не совпали с оставленными злоумышленниками. Нашлись их следы и на брошенном в лесу кошельке жертвы».

Бывает, улики обнаруживают в самых неожиданных местах. Как-то на даче украли микроволновку и продукты из холодильника. Пальцев эксперты не нашли, хозяева их по незнанию уничтожили. Однако заметили: в сковороде с омлетом вилка лежит уже не так. Вилку изъяли, провели экспертизу. Так и нашли вора, который заодно решил и подкрепиться. Собирать с места преступления можно даже запахи, на чистую фланелевую ткань. Потом они понадобятся собакам-детекторам ГКСЭ (на одном объекте они могут различать до 60 запахов) для сравнения с образцом подозреваемого. Между прочим, запаховый след может храниться в специальных лабораторных условиях годами. Как и пыль. Точнее, пылевые следы, оставленные, к примеру, на ковре, покрывале, скатерти. Собрать их поможет прибор «Следокоп».

– Ну вот, слепок подошвы готов, – эксперт постучал шпателем по гипсу, и тот ответил звонким звуком. – По этому отпечатку можно определить не только размер обуви, особенности подошвы, но и примерный рост, вес человека. А по дорожке следов установить особенности походки, длину шага, разворот стопы, нет ли хромоты и проблем с позвоночником. Все это по описанию размерных характеристик высчитывается по специальным формулам, – собеседник смыл водой остатки песка со слепка, упаковал в конверт: – А это вам на память.

Особенно долго потом пришлось объясняться, провозя этот сувенир в метро. Ну да ладно... Наши старания в роли исследователей-криминалистов специалисты ГКСЭ оценили по пятибалльной шкале на крепкую четверочку. Я же поняла, насколько у экспертов важная и ответственная работа, где не меньше, чем знания и опыт, нужны собранность и терпение.

Я вам пальчики «откатаю»

Павел Падалкин, начальник отдела кримучетов управления ГКСЭ Минской области, охотно согласился подставить свои ладони под мой валик с дакто-краской. Уточнил: «Отпечаток должен быть максимально информативным, поэтому нужно правильно наносить краску. А палец к бланку дакто-карты следует прикладывать перекатом, как бы немного придавливая. И так по очереди все пальцы обеих рук. Отлично. Теперь делаем контрольные оттиски».

Эти изображения затем помещаются в базу автоматизированной дактилоскопической идентификационной системы (АДИС) «Дакто-2000», а та уже подыскивает вероятных кандидатов. Их образцы эксперт сравнивает с теми, что поступили на исследование. Так ищут преступников, устанавливают личности людей, идентифицируют неопознанные трупы. Разработанные алгоритмы обработки информации позволяют получить показатели надежности поиска свыше 85,5 процента. Со слов начотдела, «пальчики» в зависимости от поверхности могут храниться на ней даже более 10 лет: «В целом дактилоскопическая экспертиза установит человека и по ладоням, и по ступням ног».

Обувь Гагарина как доказательство

В Молодечно в ближайшее время ГКСЭ откроет музей судебной медицины и криминалистики. Начальник межрайонного отдела комитета Юрий Будо: «В коллекциях – материалы об основоположнике уголовной регистрации Альфонсе Бертильоне. Он в 1879 году, работая писарем бюро полицейской префектуры Парижа, создал систему словесного портрета. Другое открытие этого француза: задержанного стали фотографировать в профиль и анфас, причем при одинаковом освещении, расстоянии, с определенной фиксацией головы. Позже Альфонс разработал для этого специальное кресло.

Музей судебной медицины и криминалистики

Среди экспонатов – копия акта вскрытия трупа Сергея Есенина, составленного судмедэкспертом Гиляревским 29 декабря 1925-го (в покойницкой Обуховской больницы). Датированное 4 октября 1980 г. постановление о назначении судебно-медицинской экспертизы по делу о гибели в автокатастрофе на 659–м км шоссе Москва – Брест Петра Машерова. Здесь и материалы исследования гибели космонавтов. Не все знают, что после авиакатастрофы во время тренировочного полета на самолете МиГ изучалась подошва обуви обоих летчиков – Гагарина и Серегина. Эксперты восстанавливали картину произошедшего: выяснили, где находились пилоты, на какие органы управления машиной воздействовали. Так вот, исследовав обувь, узнали, что Юрий Алексеевич не управлял МиГом перед крушением (он был уже без сознания), управлял аппаратом летчик-инструктор Владимир Серегин».

Людмила Гладкая, «Советская Белоруссия», 13 июня 2017 г.
(фото – Юрий Мозолевский)