/ / Общественно-политические и в области права
30.08.2017

Фоторобот – это не копия преступника. Внешность другого каждый воспринимает по-разному

Практически в каждом фильме про милицию с жертвами преступлений составляют фотороботы. Intex-press узнала, сколько времени уходит на составление фоторобота, чьи глаза и носы «вбиты» в специальную программу, почему реальные лица преступников не всегда похожи на «нарисованные» портреты и кто лучше запоминает черты злоумышленников.

Составлением фотороботов, или, как профессионально это называется, субъективных портретов, занимаются эксперты-криминалисты. Фотороботы составляются со слов потерпевших или свидетелей преступления. Как отмечает Дмитрий Болуков, замначальника экспертно-криминалистического отдела Барановичского межрайотдела Госкомитета судебных экспертиз РБ, начальник сектора криминалистических экспертиз, случается, что в месяц эксперты составляют с десяток фотороботов, а бывает – ни одного. Это зависит от криминогенной обстановки в регионе.

Внешность другого каждый воспринимает по-разному

Раньше портрет преступника рисовали художники, сегодня у криминалистов есть специальная программа, которая позволяет составлять изображение лица из отдельных фрагментов. В базе содержатся тысячи глаз, носов, бровей и даже морщин. Одни – рисованные, другие – нарезки с фотографий реальных преступников. Однако, по словам Дмитрия, их количество в программе не бесконечно.

– Понятно, что в программе нет всех существующих в мире вариантов причесок или губ. Поэтому часто фотороботы бывают не похожи на свои реальные прототипы, – отмечает он.

При составлении «портрета» важную роль играет то, насколько хорошо человек запомнил преступника. Но и это не гарантирует высокое сходство фоторобота с реальным лицом.

– Немаловажно, как человек может словесно описать злоумышленника. Например, тому, у кого три класса образования, обычно трудно передать словами внешность человека, – поясняет Дмитрий Болуков. – Сложности в описании возникают также у маленьких детей, людей пожилого возраста, людей с какими-либо психическими заболеваниями. Сначала они говорят, что преступник был рыжий с голубыми глазами, а через несколько минут он у них уже зеленоглазый брюнет.

Экспертиза

Даже с определением возраста у некоторых могут возникать трудности. Для 15-летнего парня мужчина в возрасте 40 лет кажется пожилым, а для 80-летнего пенсионера – молодым. Все люди, как отмечает Дмитрий Болуков, воспринимают внешность другого человека по-разному.

Лучше всех, по мнению криминалистов, запоминают внешность подростки.

– Лет десять назад в деревне Яново вор пробрался в дом. Он думал, что там никого нет, но ошибся – дома была 11-летняя девочка. Она спряталась в шкафу и наблюдала за ним. Потом, когда родители обратились в милицию, девочка очень точно описала злоумышленника, – рассказывает Дмитрий Болуков.

Мало того, что ребенок запомнил лицо вора, он запомнил еще и такую важную деталь, как порванный фирменный значок на спине спортивной мастерки Reebok. Через неделю в милицию привезли мужчину, которого задержали пьяным на улице. Он был одет в такую же мастерку, как описывала девочка.

– Сопоставили фоторобот, составленный со слов девочки, с внешностью задержанного – один в один. Позже выяснилось, что это действительно тот самый вор, – говорит Дмитрий Болуков.

Уточняют возраст, пол и расу

Первое, что делает эксперт при составлении фоторобота, – обсуждает с человеком обстоятельства преступления: при каком освещении, на каком расстоянии и в какое время суток тот видел злоумышленника. Затем узнает расу, пол и возраст преступника. А дальше «рисует» портрет, придерживаясь принципа «сверху вниз»: форма головы, цвет и длина волос, лоб, брови, глаза и т.д.

Каждый элемент можно расширить, вытянуть, опустить или поднять. Лицо преступника можно состарить, «одеть» на него шляпу или очки, а также нанести шрам, родинку или татуировку.

– Но чем больше элементов человек видит, тем больше путается. Главное, чтобы он долго не всматривался в одни губы или брови, потому что начнет сомневаться, – отмечает Дмитрий.

На составление фоторобота уходит от 15 минут до нескольких часов. Последний шаг – уточнение у свидетеля или потерпевшего, насколько субъективный портрет похож на реального преступника.

Хороший результат, если удается добиться 80–85% схожести, но такие случаи, по словам криминалистов, редкость.

– Идеальный фоторобот, похожий на человека или фотографию, составить невозможно, – отмечает Дмитрий. – Это не копия человека, по которой можно быстро найти злоумышленника, а лишь небольшая помощь милиции.

Эксперимент корреспондента Intex-press

Экспертиза

В редакции я получила задание – составить фоторобот. О том, что мне нужно будет описать Александра Солодуху, узнала за минуту до того, как мы с экспертом приступили к работе. На фото певца я смотрела около 10 секунд. Эксперт уточнил у меня черты внешности «преступника» и записал их на лист бумаги. Но чем больше вопросов он задавал, тем больше я терялась: в целом, лицо Александра Солодухи я помнила, но ответить, пухлые ли у него губы, широкий ли нос, было сложно. Когда эксперт составлял портрет на экране, я путалась еще больше: вроде и эти брови похожи, и те. Минут через 40 я поняла, что продолжать – бесполезно. Составить фоторобот певца не получилось. Дмитрий, кстати, не смог по нему распознать, кто это.

По сообщению официального сайта Государственного комитета судебных экспертиз Республики Беларусь
и Intex-press (№33 от 16.08.2017)
(фото - Intex-press)