/ / Общественно-политические и в области права
02.09.2016

Словами рассказать и пером описать. Специалисты Госкомитета судебных экспертиз рассказали о создании субъективного портрета человека

Сегодня потенциальному злоумышленнику трудно не попасть в прицел различных систем видеонаблюдения. Он может быть снят как камерой фиксации дорожной обстановки, так и автомобильным регистратором. Это, конечно же, значительно упрощает работу милиции по розыску воришек и хулиганов. А если преступление происходит в глухой подворотне, где не только камер, но и света-то нет, как тогда получить изображение злодея? В этом случае за дело берутся специалисты, составляющие субъективный портрет человека. О тонкостях его создания рассказывают специалисты Государственного комитета судебных экспертиз.

Портреты разыскиваемых людей создают не только с помощью специальных компьютерных программ. Кисть художника востребована почти так же, как и два века назад. Государственный судебный эксперт управления ГКСЭ по Минску Ольга Поречная считает, что составление субъективного рисованного портрета дает более точный результат, чем работа техники: больше возможностей для маневра, можно отметить все детали или легко отмести лишнее. При этом нельзя сказать, что субъективный портрет – это настоящее изображение разыскиваемого. Полученное лицо весьма схоже с обликом преступника и имеет сходный типаж. Оно позволяет сузить спектр поисков.

Каковы особенности художественного процесса? «Сначала выясняют общую информацию: пол, расу или национальность, рост, телосложение, возраст, цвет волос... Подобные параметры у потерпевшего должны отложиться неосознанно. Специалист при помощи вопросов старается разузнать как можно больше различных особенностей». Затем художник пытается выяснить конкретику: форму бровей, носа, губ, щек, ушей и подбородка, цвет глаз, стрижку и другие детали. Наш эксперт отмечает, что результат сильно зависит от потерпевшего: «Бывает, что создадут одно лицо, а человек выглядит совершенно по-другому. Плохая работа эксперта-художника, скажут многие. Однако результат зависит и от того, что вспомнит, как опишет злоумышленника потерпевший». О.Поречная советует обращать внимание на особые приметы: «Это могут быть шрамы, татуировки. Если есть наколки, нужно обратить внимание, что изображено и где находятся татуировки. Подробное описание глаз (форма, расположение), носа, овала лица очень помогут эксперту. Чем больше запомнит человек, тем лучше». Поречная отмечает, что обычно люди начинают описывать преступника с глаз и носа.

Ну что, проверим эксперта? Предлагаю сделать субъективный рисованный портрет по моему описанию. Выбрал лицо советского и российского актера Вениамина Смехова в знаменитом образе Атоса. Разумеется, не предупреждал об этом специалиста. Для чистоты эксперимента описывал лицо по памяти: правильные черты, удлиненная прическа, прямой нос, глубоко посаженные большие глаза, гордый взгляд... Объяснять, как оказалось, весьма трудно. Все-таки мне пришлось пару раз взглянуть на фото. А ведь потерпевшие, бывает, видят обидчика считаные секунды. К тому же находятся в состоянии шока. Отсюда неточные описания, а значит, непохожие на оригинал портреты.

Для облегчения моей задачи Ольга Поречная показала архив фотографий преступников: «Посмотрите, может быть, он здесь будет». Да разве среди этих личностей может быть благородный Атос? После нескольких минут просмотра все лица с фотографий начали сливаться в одну характерную злодейскую физиономию. С огромным трудом в архиве нашлось нечто весьма отдаленно похожее на моего героя. Взяли снимок за основу. Первые полчаса я сомневался в результате. Овал лица с набросками глаз и носа мало напоминал знаменитого мушкетера. Дело изменилось, когда добавились мелкие детали, а также характерные бородка и усы. Процедура заняла примерно полтора часа. Окружающие предполагали, что я буду описывать самого себя или знакомого. Каково же было их удивление, когда в финале с листа бумаги на нас смотрел не кто иной, как граф де Ла Фер. Возможно, из-за того, что я пару раз посмотрел на фото при описании, портрет получился весьма похожим.

Стало понятно, насколько велика в этом деле роль художника-портретиста. Если бы эксперт просто наносила штрихи по моему описанию, то вместо Атоса вполне могла бы получиться физиономия Портоса. Но специалист постоянно предлагала варианты черт лица, уточняла, показывала, переделывала... Что ж, теперь я могу быть уверен: если бы персонаж из киноленты вдруг стал реальным и попытался проткнуть меня шпагой, то отныне у меня не было бы проблем с составлением его портрета.

Кто-то скажет, что поиск бандитов по рисованному или созданному на компьютере портрету – пережиток прошлого. Мол, нечего тут тягаться с видеонаблюдением. Однако техника может сломаться, а ее батарейка банально разрядиться... Вот реальные случаи, когда злодеев опознали именно по портрету, хотя некоторые изображения, скажем откровенно, были созданы просто безобразно.

В США благодаря фотороботу поймали грабителя. Интересно, что портрет, составленный полицией, оказался настолько неказистым, что, попав в интернет, получил статус самого худшего в истории криминалистики. Он вызвал шквал смеха и шуток из-за своей примитивности. И все же подозреваемый был задержан патрулем, опознавшим его именно по фотороботу. Похожая история произошла в Великобритании. Вора, укравшего сумку, описывала 95-летняя старушка. Художники составили фотокомбинированный портрет. Рот подозреваемого был изображен настолько широким, что в сети кто-то окрестил его «отпрыском утконоса». По мнению публики, парень выглядел так, как будто пытался вставить в рот банан поперек. Однако это не смутило полицейских. И портрет все-таки сработал. Поступил звонок с информацией о подозреваемом, которого опознали как раз по характерной детали – необычно большому рту.

Были подобные истории и в Беларуси. Начальник Московского (Минска) районного отдела Государственного комитета судебных экспертиз Денис Кузьменко считает, что преступление можно раскрыть благодаря субъективному портрету. Рассказывает случай: «Однажды на железной дороге обнаружили обнаженное тело девушки. Установили, что ее изнасиловали и убили. Прохожие, которые могли видеть преступника, помогли сотрудникам ГКСЭ составить 5 субъективных портретов. Вскоре подозреваемого установили: жительница Минска Л. узнала на портрете своего знакомого, жившего по соседству. Во время задержания негодяй говорил, что погибшую он в глаза не видел. Однако улик, помимо опознания, оказалось немало. Сознался».

Год назад охранник и бригадир грузчиков в Минске помогли задержать преступника. В магазин пришли милиционеры, показали фоторобот вора, взламывающего автомобили на стоянках различных торговых центров. Выйдя на задний двор, сотрудники магазина увидели, как человек со схожими приметами пытается взломать машину. Оказалось, именно его и разыскивали.

Как видим, практику составления субъективного портрета рано списывать со счетов. Ею активно пользуются правоохранительные органы во многих странах мира. И небезрезультатно.

Справка «СБ»

Составление субъективного портрета – это не то же самое, что и портретная экспертиза. И даже не ее элемент. В криминалистике это один из методов получения по показаниям свидетелей изображения лица предполагаемого преступника.

Из истории

Первые портреты предполагаемых злоумышленников начали составлять в 50-х годах XIX века. Лицо разыскиваемого создавали профессиональные художники. На это требовалось немало времени. Постепенно метод совершенствовался, появилась фотография, а потом и компьютерные программы. Однако от руки портреты пишут по сей день.

О фотороботе

Термин «фоторобот» принадлежит французскому криминалисту Пьеру Шабо. Сначала он составлял портреты людей из фрагментов фотографий, а затем делал снимок получившегося лица. Сегодня эксперты-криминалисты пользуются программами, содержащими в своей базе сотни изображений глаз, носов, ушей, бровей и других частей лица.

Ян ЖУР, «Советская Белоруссия», № 168 (25050), 2 сентября 2016 г.

(фото – Виталий ПИВОВАРЧИК)