/ / Общественно-политические и в области права
24.03.2016

Ордер на защиту. Что стоит за желанием спецслужб прослушивать смартфоны?

Про «Большого брата» наверняка слышали даже те, кто не читал роман Оруэлла «1984». Это тот, кто все про всех знает. Он следит, все видит и слышит. Термин стал нарицательным. Большим братом называют государство, спецслужбы, даже интернет-провайдеров... Оттенок остается негативным: мы не любим, когда за нами следят. Но все меньше людей видят в «Большом брате» угрозу и все больше — защитника. Пишу эти слова после брюссельских терактов. Не хочется думать, произойдет ли что–то подобное в другом месте... Ведь свихнувшиеся негодяи на фоне черных флагов много раз предупреждали: будем убивать и взрывать. Если они сделали это в Лондоне, Нью–Йорке, Париже, Стамбуле, Москве, Брюсселе, то вряд ли сами остановятся. Главный вопрос: как их остановить?

Не утешает, что теракты происходят вдали от нас. Вы, может статься, планируете лететь в Париж или Брюссель. Вы хотите, чтобы французские и бельгийские спецслужбы сумели вычислить и обезвредить террориста до того, как ваши с ним пути пересекутся? Знаю ответ, потому что вы хотите жить.

Вы наверняка доверите европейским спецслужбам право внедрять агентуру в ряды террористов, отслеживать их переговоры, СМС–переписку, почту, общение по скайпу. Но для этого спецслужбы должны иметь доступ ко всем переговорам и перепискам. Включая ваши. К этому вы готовы?

Эксперты признали, что бельгийские и французские спецслужбы провалились. Да, арестовали Салаха Абдеслама — своего врага номер один, соучастника прошлогодних терактов в Париже, крупнейших за всю историю Франции. Но ведь искали несколько месяцев! А нашли под носом, в брюссельской коммуне Моленбек, где Абдеслам планировал новые теракты и... жил. Пользовался почтой, телефоном, совершал платежи. Чтобы все это отследить, спецслужбам или не хватило инструментов, или умения ими пользоваться. «Большой брат» оказался не на высоте.

Его поминают и в США, где ФБР судится с компанией Apple, требуя разблокировать доступ к iPhone террориста Саида Фарука. Они на пару с женой 3 декабря расстреляли в Сан–Бернардино 14 человек, ранили более 20 и были убиты копами. Убиты! Тяжба имеет лишь процессуальный и, как подозревают СМИ, рекламный смысл.

Apple, пишут, пиарится как принципиальная компания, готовая ради информационной безопасности клиентов противостоять даже всемогущему ФБР. Спецслужбы играют свою игру, желая раскодировать смартфон исключительно законным путем — и это после скандалов с прослушкой европейских политиков. На днях процесс был приостановлен: оказалось, что взломать телефон террориста можно и без Apple Inc. Симпатии разделились. Microsoft, Google, Facebook и Twitter поддерживают Apple. Сооснователь Microsoft Билл Гейтс вопреки позиции компании занял сторону спецслужб. Как и самый известный их разоблачитель Эдвард Сноуден.

Но показательно мнение американских граждан, которым известно, что Агентство национальной безопасности отслеживает их телефонные звонки и собирает информацию о пользователях сети с помощью интернет–компаний. Еще два года назад в США были опубликованы результаты опроса: за право спецслужб прослушивать любые разговоры с целью борьбы с терроризмом высказались 56 процентов... В Израиле, где с терроризмом борются наиболее эффективно, таковых еще больше — за 70 процентов.

Но при всем сочувствии к тамошним проблемам нам важнее знать другое: готовы ли эффективно противостоять терроризму наши спецслужбы? Допустим, абонент регулярно созванивается с кем–то находящимся где–то в районе сирийской Пальмиры, захваченной воинством ИГИЛ. Хорошо, если беспокоится о здоровье сокурсника. А если инструкции получает?

Как хотите, но я желал бы, чтобы белорусские спецслужбы располагали столь же эффективными инструментами, как американские. Лучше бы более эффективными. Как ни крути, те прозевали и 11 сентября, и теракт на Бостонском марафоне. Недавно немалый шум в нашем сетевом пространстве вызвал объявленный Следственным комитетом тендер на закупку «потрошителей» смартфонов — устройств для сбора доказательной базы в уголовных делах. Тут же нашлись защитники наших прав на тайну, свободу и все такое. Хотя даже школьники найдут в сети «5 признаков того, что ваш телефон прослушивают» и рекламу тех, кто поможет сохранить интимность переговоров.

Некоторых еще удивило и то, что СК объявил о своих намерениях открыто. Что тут скажешь? Во–первых, любая закупка за бюджетные деньги — у нас только через тендер, открытый и прозрачный. Во–вторых, прослушкой и хакерством балуются даже умельцы–любители: почему же не могут люди из спецслужб? Обязаны, по определению, по умолчанию — ради моей и вашей безопасности. Даже если они научатся читать мысли, большинству людей с чистой совестью скрывать от них нечего. Но пусть их боятся те, кто пользуется смартфонами для наркотических закладок или вынашивает иные преступные намерения. Мир населен не только нашими доброжелателями: они могут затевать не только террористические атаки, но также информационные, гибридные и прочие козни. Меня даже не интересует, как спецслужбы будут им противостоять. Когда террорист набирает номер на смартфоне, чтобы привести в действие взрывное устройство, поздно запрашивать ордер на прослушивание. Пусть работают на опережение, хоть ночами не спят. Их этому учили, как меня и вас — инженерному делу, хирургии или возделыванию картофеля.

Впрочем, применительно к ним термин «Большой брат» плохо подходит. Лучше сказать — профессионалы.

Виктор Пономарев, «Советская Белоруссия» № 54 (24936) от 24 марта 2016 г.