/ / Общественно-политические и в области права
24.08.2015

«Причина и следствие» <em>(Артем Кирьянов, «Рэспубліка» от 21 августа 2015 г.)</em>

ДТП с участием велосипедиста, убийство в лесу, суицид и травмирование на рабочем месте. За три дня под Брестом успели расследовать не одно происшествие. Что неудивительно, ведь на учебные сборы здесь собрались десятки молодых работников Следственного комитета со всей области. Корреспондент «Р» присоединился к одной из следственных групп.

У обочины узкой дороги лежит велосипед. В лучах утреннего солнца блестят осколки разбитой фары. В нескольких метрах – автомобиль.

У места столкновения нас уже ждет Валерий Михно, замначальника отдела по расследованию ДТП УСК по Брестской области. Следователь задает вопрос, что же нужно сделать на месте ДТП в первую очередь. Кто-то уверен в необходимости огородить место происшествия, кто-то – за светоотражающий жилет. Все ответы неверные.

Молодые следователи приступают к осмотру места ДТП. На подходах к нему уже стоят ярко-оранжевые фишки. Но огородить точку мало – по краю дороги растягивают 30-метровую рулетку, а поперек чертят линию. Эта ось координат поможет нанести на схему все важные детали. Валерий Михно напоминает, что обращать внимание нужно на каждый след: следы торможения, царапины на асфальте и транспортных средствах, осколки разбитых фар или стекол, разбросанные вокруг предметы.

Внутри огороженного пятачка остаемся только я и работники СК. Метр за метром подробно изучаем перекресток. Через некоторое время на примыкающей дороге обнаруживается след велосипедной шины. У лежащего велосипеда находим глубокую царапину на асфальте. В кювете на противоположной стороне замечаем тапочку, а потом пристально изучаем стеклянную осыпь на дорожном полотне. По всем этим деталям можно установить немало важных вещей. След от велосипеда, например, покажет: велосипедист выезжал с примыкающей к перекрестку дороги. Обувь в кювете свидетельствует о том, в каком направлении он двигался. Царапина на асфальте — в каком направлении отлетел велосипед после удара. А осколки разбитой фары и вовсе кладезь информации. По частицам стекла легко определить, где именно случилось столкновение.

На асфальте следы и осколки мои «коллеги» очерчивают куском гипсокартона – простого мела хватает ненадолго. Затем они измеряются и фиксируются в документах. Теперь место ДТП и все найденные следы нужно перенести на специальную схему. Как только рисунок готов, мы сдаем его Валерию Михно. Наша версия такова: водитель автомобиля двигался по асфальтовой дороге в темноте и сбил велосипедиста на перекрестке, когда тот выезжал с примыкающей. Поскольку он не был одет в жилет с фликерами, а на велосипеде отсутствовал катафот, ответственность за ДТП лежит на велосипедисте.

Довольные работой, ждем результата, и он не заставляет себя долго ждать. Как выяснилось, наша группа молодых следователей допустила сразу несколько оплошностей. Старший следователь объясняет: мы пропустили слишком много важных деталей. Оказывается, в левом кювете спокойно ждал молодых работников СК тот самый задний катафот, которого не было на велосипеде. Под машиной притаилась еще одна царапина – точка, где действительно сбили велосипедиста. А на лобовом стекле самого автомобиля висел… видеорегистратор! Картину, на восстановление которой ушло больше часа, можно было увидеть за несколько секунд. Но главное – мы могли одним махом снять вину с настоящего виновника ДТП.

Мы перемещаемся к следующей площадке. Надеемся, что здесь справимся с раскрытием преступления лучше. В центре пятачка – муляж убитого. На его рубашке пятно бурого цвета, а вокруг в беспорядке разбросаны разные предметы. Я приближаюсь к «трупу» с двумя молодыми следователями. Наша задача – осмотреть место, обозначить находки, обследовать тело, собрать улики и сформулировать версию случившегося.

Виталий Голенчук из УСК по Брестской области подсказывает, что в первую очередь следует обозначить все попавшиеся на глаза предметы: старую газету, нож, бутылки с «Фантой» и водкой, пластиковые стаканчики...

То, что здесь произошло преступление, а не суицид, еще нужно доказать. Для этого нам нужно осмотреть «тело». Главный государственный судмедэксперт Управления Госкомитета судебных экспертиз по Брестской области Александр Стельмах рассказывает, как это сделать.

Поскольку наш «труп» всего лишь муляж, он привлекает наше внимание к ране на груди. Становится понятно, что ее он сам себе нанести не мог. В пользу версии об убийстве говорят и другие находки. На одной из страниц газеты, например, мы находим надпись: «Это не я, самооборона». Вокруг тела много следов обуви. Вероятнее всего, пьяные товарищи повздорили друг с другом, после чего началась поножовщина. Даже такое простое, на первый взгляд, дело требует щепетильного подхода. Вынести вердикт на словах не получится: все нуждается в доказательстве. Потому каждую находку упаковывают в отдельный пакет или конверт, а затем отправляют на экспертизу.

Работа на месте преступления, как правило, занимает не меньше восьми-десяти часов. Поэтому нам еще везет – с теоретическим «убийством» муляжа мы управляемся всего за час. Затем следователи тренируются в передвижной криминалистической лаборатории. Впереди у них еще один день сборов. А я покидаю полигон в полной уверенности: что бы ни случилось, на этих людей можно положиться. Они приложат все усилия, чтобы справедливость восторжествовала.

Артем Кирьянов, «Рэспубліка» от 21 августа 2015 г.
(фото из архива УСК по Брестской области)