/ / Общественно-политические и в области права
21.08.2012

Заместитель Председателя Следственного комитета Республики Беларусь о работе структуры, сложностях профессии и громких делах <em>(Евгений Кононович, «Народная газета», 21.08.2012)</em>

Недавно состоялась расширенная коллегия Следственного комитета, на которой были подведены итоги работы за полугодие. Заместитель председателя Следственного комитета Валентин ШАЕВ в эксклюзивном интервью «НГ» рассказал, что изменилось в работе правоохранительной системы с момента создания новой структуры, каким должно быть наказание за совершенное преступление и почему следователь обязан всегда сомневаться.

Качество и оперативность

— Валентин Петрович, прошло уже более полугода с того времени, как заработал Следственный комитет. Его создание специалисты и эксперты называли не иначе как прорывом в реформе правоохранительной системы. Были и противоположные комментарии. Что же изменилось с появлением новой структуры в работе правоохранительной системы? Оправдались ли связанные с созданием Следственного комитета ожидания? От каких недостатков прежней модели следствия удалось избавиться?

— Решение о создании Следственного комитета было верным и своевременным, что подтверждается результатами нашей служебно-оперативной деятельности. Основные усилия были сконцентрированы на повышении качества и оперативности предварительного следствия по уголовным делам, исключении обвинительного уклона при привлечении лиц в качестве обвиняемых, недопущении незаконного привлечения граждан к уголовной ответственности, защите их прав и законных интересов. За первое полугодие текущего года значительно выросло количество дел, прекращенных по нереабилитирующим основаниям, то есть вследствие раскаяния, примирения сторон, возмещения причиненного ущерба. Кстати, в этом году уровень возмещаемости материального ущерба возрос почти на 20 процентов. По уголовным делам, направленным в суд в текущем году, в законную силу вступил только один оправдательный приговор. Взвешенный подход к оценке доказательств, ужесточение требований к качеству следствия позволили сократить количество уголовных дел, которые прокуроры возвращали нам для дополнительного предварительного следствия. Если в первом полугодии 2011 года прокуроры возвратили 353 уголовных дела, то в этом году менее 300. Более чем в три раза сократилось число дел, по которым в суде предъявлялось новое обвинение или приостанавливалось производство для проведения дополнительных следственных действий и получения новых доказательств. Следователи стали более активно применять меры пресечения, не связанные с лишением свободы. Все это указывает на то, что работа следствия стала более качественной.

— Однако звучала и другая цифра. Только за первые шесть месяцев текущего года принято более девяти тысяч решений об отказе в возбуждении дела. Что это: некомпетентность некоторых сотрудников, формальный подход, безответственность?

— Принятие такого решения вовсе не показатель непрофессионализма следователя. Скажем, человек потерял мобильный телефон, но искренне полагает, что его похитили. Очень часто в таких ситуациях к нам поступают заявления граждан, и мы обязаны их принять к рассмотрению. Через пару дней человек находит телефон, приходит, извиняется, и тогда мы отказываем в возбуждении дела. Или, например, принято сообщение о смерти человека.

Даже очевидные факты гибели, допустим, утопление на виду у большого количества очевидцев, обязывают нас провести всестороннюю проверку, чтобы убедиться самим и убедить родственников, что в смерти конкретного лица виновные отсутствуют. Стало быть, также принимается решение об отказе в возбуждении уголовного дела.

Позитивная динамика

— Среди некоторых экспертов бытует мнение, что с созданием независимого Следственного комитета, не подчиняющегося ни МВД, ни Генпрокуратуре, следователь, дескать, сделался некой бесконтрольной фигурой, может даже намеренно и необоснованно продлить срок расследования, потому что не в силах раскрыть преступление...

— Это абсолютно исключено. Следователь действительно получил больше возможностей для проявления самостоятельности в ходе расследования дела.

Но это вовсе не означает, что он работает по принципу «что хочу, то и ворочу». Во-первых, сохранился прокурорский надзор за расследованием дел. Во-вторых, у нас выстроена жесткая система внутреннего контроля, создано управление процессуального контроля, которое обеспечивает работу по закрепленным территориям, категориям и составам преступлений. Обязанность ежедневного контроля лежит на начальниках структурных подразделений на местах.

— Уже на протяжении пяти-шести лет каждый год нам заявляют о сокращении количества тяжких и особо тяжких преступлений. Казалось бы, столь благополучная динамика должна свести к нулю число убийств. Но по факту этого не происходит. Какова сегодня общая криминогенная ситуация в стране?

— Преступлений действительно становится меньше. В начале 1990-х годов, например, ежегодно совершалось порядка тысячи убийств. Сегодня эта цифра — около 400. Снижение на 15—20 процентов в год в итоге и привело к кратному уменьшению.

В первом полугодии текущего года уровень преступности снизился на 14,8 процента по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. В том числе количество убийств сократилось на 17 процентов, умышленных причинений тяжких телесных повреждений — на 17,3 процента, изнасилований — на 21,7 процента. Уменьшается число краж, грабежей, разбоев, угонов. Количество хулиганств уменьшилось почти на 60 процентов. Кроме того, выросло количество выявленных случаев злоупотребления властью и служебными полномочиями, то есть тех преступлений, которые имеют более латентный характер.

— Полгода работы новой структуры — сравнительно небольшой период. Тем не менее, какое дело вам запомнилось больше всего за это время и почему?

— Я давно работаю в следственных органах, всякое видал на своем веку, и выделить какое-то дело мне непросто. Но, безусловно, неизгладимое впечатление оставило в памяти жуткое убийство школьницы Юлии Ляшук в Столинском районе 1 января. Оно было совершено фактически в первые часы существования Следственного комитета, и его раскрытие для нас стало делом чести. Еще не обнаружив тела убитой девушки, мы приняли решение возбудить уголовное дело об убийстве, не дожидаясь, пока найдут труп, установят личность, проведут экспертизу. Я лично выезжал на место происшествия, где вместе с оперативниками, криминалистами намечали план расследования. Следственным путем, в результате осмотра места происшествия, вещей погибшей нам удалось сузить круг возможных виновников и задержать убийцу, а потом вычислить его соучастника.

Невзирая на чины и звания

— Как продвигается расследование по громким делам высокопоставленных чиновников? Например, в отношении бывшего заместителя министра внутренних дел Евгения Полудня?

— Это дело находится в стадии завершения. Срок расследования продлен до 8 октября в связи с необходимостью завершения производства по уголовному делу и ознакомления обвиняемого с его материалами. Это потребует определенного времени, поскольку в данном деле довольно много томов. Как известно, в личных целях и в нарушение закона обвиняемый отдавал распоряжения и принимал решения, выходящие за рамки его полномочий, и получал за это незаконные вознаграждения.

— В мае было предъявлено обвинение в злоупотреблении служебными полномочиями бывшему мэру Полоцка Владимиру Точило. Каковы результаты следствия?

— Мы завершили расследование этого дела, и направили его в Генеральную прокуратуру для решения вопроса о направлении в суд.

— Большой резонанс в обществе вызвал арест бывшего первого заместителя минского мэра Игоря Васильева. “НГ” уже писала о том, что он вымогал взятку у европейского инвестора в размере 500 тысяч долларов. Есть ли в его деле другие эпизоды преступной деятельности?

— Следственный комитет продолжает расследование по данному уголовному делу. Как уже сообщалось, на основании полученных материалов в отношении столичного чиновника возбуждено уголовное дело по ч. 3 ст. 430 Уголовного кодекса Республики Беларусь (получение взятки в особо крупном размере лицом, занимающим ответственное положение). Пока никакой другой информации дать не могу. Поймите правильно, даже руководство Следственного комитета не вправе разглашать какие-либо подробности в интересах следствия.

— Валентин Петрович, а какова тематика обращений граждан, поступивших с начала года в Следственный комитет?

— В первом полугодии к нам поступило 8 358 обращений граждан и юридических лиц. Рассмотрена половина из них, то есть те обращения, которые находятся в пределах нашей компетенции. Обычно эти заявления касались вопросов по уголовным делам, которые расследовались до создания Следственного комитета. Третья часть всех обращений удовлетворена. В частности, к нам обратилась женщина по факту смерти своего мужа, случившейся в прошлом году на даче. Результатами проведенной в то время проверки и принятым решением об отказе в возбуждении уголовного дела жена погибшего осталась недовольна. Мы еще раз изучили все материалы произошедшего и посчитали, что гибель наступила при неясных обстоятельствах. В итоге возбуждено уголовное дело об убийстве, чтобы еще раз более детально провести расследование всех обстоятельств.

Индивидуальный подход

—  Один из приоритетов совершенствования правоохранительной системы — гуманизация уголовного законодательства и усиление профилактики совершения преступлений. Это касается, в том числе, и экономических правонарушений, злоупотребления властью, служебными полномочиями. Всегда ли за это нужно сажать за решетку? Какие меры, на ваш взгляд, наиболее эффективны в борьбе с коррупцией — репрессивные или предупредительные?

— Наказание должно быть индивидуализированным и справедливым. То есть в каждом конкретном случае необходим индивидуальный подход, учитывающий причины, условия и обстоятельства совершения преступлений. Именно на это мы нацеливаем своих сотрудников. Наказание не только должно быть карой за совершенное деяние, но и ставить преступника на путь исправления. Задача следователя заключается в том, чтобы при расследовании уголовного дела установить причину и условия, способствовавшие совершению преступлений, и направить должностным лицам соответствующее представление об их устранении.

Как и любой другой криминал, коррупционные преступления совершаются при определенных обстоятельствах и конкретными лицами. И наказание определяется в каждом конкретном случае. Многое зависит от количества преступных эпизодов в деле, того, сколько времени они продолжались. Одно дело, когда преподаватель попался на взятке в 50 долларов за благополучную сдачу зачета, и совсем другое, когда речь идет о многомиллионном ущербе. Как, например, в случае с главным бухгалтером КУП «Минскхлебпром», которая с декабря 2010 года по конец января 2012 года получала взятки за благоприятное решение вопросов по погашению кредиторской задолженности. Буквально на днях Следственный комитет завершил расследование данного уголовного дела. Установлено 28 эпизодов преступной деятельности обвиняемой, а общая сумма взяток превысила 80 миллионов рублей.

— Нагрузка на следователя еще в советские времена была довольно высокой. А как сейчас обстоит дело? Есть ли какие-то сроки, нормативы, планы в части расследования уголовных дел?

— Есть установленный уголовно-процессуальным законом срок расследования уголовного дела, который составляет два месяца. Если следователь в него не укладывается, этот срок продлевается начальником районного подразделения до трех месяцев, областного — до шести. Свыше шести продлеваем здесь. Говорить, что расследование дела свыше двух месяцев это нарушение срока я не стал бы. Есть дела разных категорий сложности, одно может быть 300 листов, а другое триста томов, а в каждом по 200 листов.

Есть дела, по которым вообще нет необходимости назначать какие-то экспертизы, а есть дела, по которым сотни экспертиз. А это опять влияет на срок расследования. Есть дела, по которым занимаемся вопросами экстрадиции, розыска преступников. Естественно, сроки будут продлеваться.

Следствие ведут знатоки

— В советское время у следователей была очень высокая нагрузка. А как сейчас?

— В первом полугодии у каждого следователя в производстве находилось в среднем 25,7, в Минске — 35 уголовных дел.

— Реально ли при такой нагрузке обеспечить качество расследования?

— Вполне, но только при ответственном отношении к работе и эффективной организации следственного процесса.

— Какова штатная численность Следственного комитета сегодня? Много ли среди сотрудников женщин?

— У нас более пяти тысяч сотрудников, из них более 1100 женщин, причем их можно встретить на самых разных должностях, в том числе начальников отделов и подразделений.

— Как можно устроиться на работу в подразделения Следственного комитета и каким требованиям должен отвечать современный следователь?

— Мы отдаем предпочтение лицам с высшим юридическим образованием, подходящим по своим личным, моральным, деловым качествам, годным по состоянию здоровья к несению службы.

— И какими качествами должен обладать следователь?

— Это честность, справедливость, высокий профессионализм. У него должен быть пытливый ум. Следователь должен всегда сомневаться, в том числе и в своих выводах. Очень важно разобраться не только в том, что произошло, но и почему это произошло. А для этого необходимо прекрасно разбираться в человеческой психологии. Вообще в следственной работе мелочей в принципе не бывает, и подчас малейшая и на первый взгляд ничего не значащая деталь может оказаться той самой ниточкой, которая поможет распутать весь клубок.

Евгений Кононович, «Народная газета»