/ / Новости PRAVO.BY
14.01.2020

Профессионально об актуальном: Обзор планируемых к принятию новелл Гражданского кодекса Республики Беларусь

Материал подготовлен
с использованием нормативных
правовых актов по состоянию
на 25 ноября 2019 г.

Больше года прошло с момента вынесения на рассмотрение общественности* проекта Закона о внесении изменений в Гражданский кодекс Республики Беларусь (далее – ГК Республики Беларусь). За данный период, находясь на стадии подготовки, проект претерпел множество изменений. Настоящий материал посвящен анализу наиболее интересных норм, касающихся обязательств, содержащихся в последней редакции проекта, которая может быть принята.

*Режим доступа: http://forumpravo.by/forums/npa.aspx/?forum=15&topic=10276. – Дата доступа: 23.11.2019.

Причины необходимости изменения ГК

Среди причин необходимости внесения изменений в ГК следует выделить три основные. Во-первых, это устранение коллизий и пробелов в гражданском законодательстве, связанных с опережающим развитием экономических отношений в государстве. Не секрет, что гражданское законодательство не поспевает за скоростью изменения общественных отношений. В экономике появляются новые отрасли и сферы бизнеса, трансграничное и международное сотрудничество обуславливает появление в Республике Беларусь новых, заимствованных из зарубежных правовых систем, отношений, не урегулированных в отечественной правовой системе. Границы становятся все более открытыми, и в отечественной экономике возникают новые способы организации ведения бизнеса, требующие своего правового регулирования. Таким образом, зарождающиеся общественные отношения остаются вне правового поля.

Второй причиной, связанной с предыдущей, является завершение экспериментального временного периода применения норм Декрета Президента Республики Беларусь от 21.12.2017 № 8 «О развитии цифровой экономики» (далее – Декрет № 8), внесшего в качестве правового эксперимента в отечественную правовую систему на базе ПВТ различные элементы английского права. Названный правовой эксперимент показал себя положительно, а его результаты указывают на возможность, и даже более того, на необходимость имплементации введенных им норм в отечественное гражданское законодательство.

Наконец, третьей причиной необходимости актуализации норм гражданского законодательства Беларуси является необходимость его гармонизации с гражданским законодательством государств Евразийского экономического союза, в частности законодательством Российской Федерации.

Необходимо отметить, что процесс подготовки проекта Закона о внесении изменений в Гражданский кодекс Республики Беларусь не останавливается и последняя редакция указанного проекта регулярно претерпевает свои изменения.

По данной причине назвать примерные сроки, когда будет принят законопроект и в каком виде он будет, пока нельзя.

По данной причине сложно сказать, как сложится судебная практика применения этих будущих норм. Вместе с тем можно предположить, что судебные подходы будут схожими с судебными подходами, сформированными государствами, где в настоящее время данные нормы уже существует и активно применяются.

Общие положения об обязательствах

Первое, на чем хотелось бы остановиться, – это новое в правовом регулировании обязательств в ГК. Планируется к принятию новая статья ГК 2881.

Статья 288 касается оснований возникновения обязательств. В частности, в ней указано, что обязательства могут возникать из договора, неосновательного обогащения, причинения вреда и тому подобное. Таким образом, данная норма устанавливает, что раздел 1 обязательственной главы ГК подлежит применению во всех случаях, предусмотренных статьей 288 ГК. На сегодняшний день предлагается заложить в ГК возможность неприменения норм главы подраздела 1 обязательственной главы ГК «Общие положения об обязательствах» в случаях, если такое будет предусмотрено ГК и какими-либо нормативными правовыми актами Республики Беларусь. То есть данная норма планируется ко включению в ГК на перспективу. Наверное, это один из тех редких случаев, когда развитие законодательства носит перспективный характер.

Исполнение обязательств

Следующее изменение, которое планируется к принятию, – это изменение статьи 295 ГК о порядке исчисления сроков. В частности, планируется исключить из указанной нормы формулировку о разумном сроке исполнения обязательства, оставив лишь семидневный срок с момента востребования для случаев, когда сторонами в договоре либо в законодательстве не предусмотрен конкретный срок исполнения обязательства. Принятие данного изменения обусловлено необходимостью гармонизации законодательства с законодательством Российской Федерации, где используется данная формулировка. Норма, безусловно, носит дискуссионный характер. Представляется, что в отдельных случаях критерии разумности могут и выходить за пределы семидневного срока с момента востребования. Статья 295 носит универсальный характер и применялась до сегодняшнего дня судами во всех случаях, когда стороны не согласовали в договоре порядок определения срока исполнения обязательства. Кроме того, данная норма также применяется судами в случаях, когда исчисление срока связывается с наступлением какого-либо события.

Также в проекте предлагаемой нормы указано о возможности исчисления срока с какого-либо события, наступление которого носит вероятностный характер, а также с момента исполнения обязанностей другой стороной. По данной причине на эту норму особое внимание следует обратить подрядным и субподрядным организациям, расчеты с которыми заказчиками и генподрядчиками могут осуществляться после наступления каких-либо событий: выделения средств в бюджете, оплаты выполненных работ заказчиком генподрядчику и тому подобное.

Целью принятия данной нормы является также и гармонизация с законодательством Российской Федерации, в Гражданском кодексе которой именно подобные формулировки используются и сформирована отличная от белорусской судебная практика. Как будет формироваться отечественная судебная практика, можно лишь предположить. Вероятно, она претерпит свою корректировку.

Следует напомнить, что статья 295 в начале говорит о том, что обязательство подлежит исполнению в сроки, установленные в договоре либо в законодательстве, а если такие сроки не установлены, то в разумные сроки. Эта норма планируется к исключению. А норма об исполнении в течение 7 дней с момента востребования планируется к оставлению. На практике чаще всего суды сосредотачивались именно на применении последней части названной статьи. То есть определяли срок исполнения обязательства как седьмой день с момента востребования, если иной срок не был согласован сторонами в договоре либо где-либо в законодательстве.

Первоначально подобное применение данной нормы было заложено в постановлении Пленума Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь от 05.12.2012 № 12 «О некоторых вопросах рассмотрения дел, возникающих из договоров поставки товаров», где данные формулировки приобрели рекомендательный характер, основываясь на сложившейся в стране судебной практике. Учитывая оценочный характер разумности и длительности данного срока, суды самостоятельно, основываясь на внутреннем убеждении и изучении материалов дела, определяли, является ли срок разумным либо не является. При этом суды чаще всего определяли сроки исполнения подобных обязательств как семидневные с момента востребования. Таким образом, чаще всего применялась последняя часть указанной статьи, а случаи применения формулировки о разумности срока, требующие своего индивидуального применения, были нечастыми. И тем не менее они существовали. В частности, например, это было связано с исчислением разумных сроков для передачи проектной документации по требованию заказчика в случае прекращения договорных отношений. Речь идет о так называемых бросовых работах. В Правилах заключения и исполнения договоров подряда на выполнение проектных и изыскательских работ и (или) ведение авторского надзора за строительством, утвержденных постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 01.04.2014 № 297, к сожалению, законодателем не было указано, в течение которого срока бросовая документация должна быть передана после прекращения договорных отношений второй стороне. Это давало возможность для злоупотреблений.

В данной ситуации сторонам можно дать следующую рекомендацию. Когда в договоре предусмотрено исчисление срока исполнения обязательства после наступления какого-либо события, кредитору следует направлять должнику претензию сразу же после исполнения своей части обязательства, сохранив доказательства предъявления данного требования. По истечении определенного промежутка времени, в случае неисполнения обязательства второй стороной указанный срок будет зафиксирован кредитором как можно раньше. Иными словами, период для начисления санкций за просрочку исполнения обязательства будет максимально длинным. Если возникнет необходимость обращаться в суд, когда это произойдет, у кредитора будет иметься возможность начислить санкции за максимально длинный срок.

Следующее изменение, которое планируется к принятию, это изменение в норму об очередности исполнения обязательств – в статью 300 ГК и появление статьи 3001. На сегодняшний день срок исполнения обязательства закреплен в названной статье ГК, а также в статье 145 Банковского кодекса Республики Беларусь. Планируется исключение данной нормы из последнего и оставление ее только в ГК.

В ГК вместо существующих 3 очередей планируется появление четвертой, второй по счету очереди: «Неисполненное обязательство по погашению основной суммы долга, не исполненное в срок обязательство по уплате процентов за пользование чужими денежными средствами, подлежащих уплате по денежному обязательству». Таким образом, первоначально будут гаситься просроченные обязательства, а затем обязательства текущего периода.

Еще одним изменением в статье 3001 ГК будет появление новой инструкции о применении правила об очередности при наличии нескольких однородных обязательств.

В рамках одной очереди исполнение обязательства будет определяться указаниями должника в платежной инструкции. Если указания должником не были сделаны, первоначально будет гаситься обязательство, наступившее ранее других. Если сроки исполнения обязательств наступили одновременно, исполнение будет засчитываться пропорционально в отношении всех однородных требований.

Следующая норма, которая получит свое развитие, – это норма об альтернативных обязательствах. Данная норма уже давно существует в статье 301 ГК. Однако будет дано дополнительное ее определение, а также закреплен механизм определения права выбора альтернативного обязательства, которое будет исполняться.

Нужно отметить, что указанная норма активно применялась, в особенности в подрядных правоотношениях. В договорах стороны предусматривали возможность оплаты выполненных работ как денежными средствами, так и вновь возведенным недвижимым имуществом.

В проекте будет предусмотрен следующий алгоритм применения данной нормы: если должник не выбрал способа исполнения в пределах срока, установленного статьей 295 ГК, способ исполнения будет выбирать кредитор. И наоборот. Если же право выбора способа исполнения обязательства, а именно право выбора данной альтернативы предоставлено кредитору, а он не выбрал в пределах срока, предусмотренного статьей 295 ГК, будет выбирать сам должник. Таким образом, будет устранена правовая неопределенность ситуации, когда выбор в установленном порядке стороной не сделан.

Указанная норма содержится в Гражданском кодексе Российской Федерации, и поэтому судебная практика применения данной нормы уже сформирована. Вероятно, что и отечественная судебная практика будет двигаться в схожем направлении.

Следующим способом исполнения обязательства, схожим с альтернативным, является факультативное обязательство. Ранее в Гражданском кодексе не было данной нормы, и она будет предусмотрена в статье 3011 ГК.

В отличие от альтернативного обязательства (которые являются равными по приоритетности и применение которых осуществляется по выбору стороны – либо одно, либо второе), факультативное обязательство будет предусматривать дополнительный способ исполнения обязательства.

В договоре необходимо будет указать, какой способ исполнения обязательства будет являться основным, то есть подлежащим исполнению в первую очередь, а какой будет являться факультативным, то есть применяемым по усмотрению сторон в случае взаимного отказа от выбора основного способа исполнения обязательства.

В норме статьи 3011 ГК появится формулировка, предусматривающая право кредитора требовать исполнения только основного обязательства, если должник не исполняет ни основное, ни факультативное. То есть право требования будет распространяться только на основное обязательство, но никак не на факультативное. Факультативное обязательство будет подлежать исполнению вместо основного, если обе стороны согласятся с этим.

Кроме того, важно обратить внимание на отличие формулировок альтернативного обязательства от факультативного. Указанные формулировки будет необходимо четко и прямо прописывать в договоре, дабы исключить возможность их двоякого толкования как самими сторонами, так и в последующем судом, чтобы суд понимал, о какой разновидности обязательств стороны договорились: о факультативном либо же об альтернативном. То есть в договоре будет необходимо прямо прописывать, что стороны имели в виду. Указанная норма также существует в Гражданском кодексе Российской Федерации, и с практикой ее применения судами Российской Федерации также можно ознакомиться. Думается, что отечественная судебная практика, вполне вероятно, будет складываться в этом же направлении.

Следующая норма, которая будет закреплена в ГК, – это норма о так называемых «протестативных условиях», согласно которым исполнение обязательства одной стороной зависит от исполнения какого-либо обязательства другой стороной. Данная формулировка характерна для блокчейна. Как известно, операции в нем происходят по алгоритму «if – then» т.е. «если – то». То есть при совершении какого-либо действия одной стороной обязательство совершить встречное действие возникает у противоположной стороны. Речь идет о действиях, зависящих от воли второй стороны.

Важное изменение, которое должно появиться в ГК, будет касаться того, что до предоставления встречного исполнения требования по основному обязательству суду станут неподведомственными. Чаще всего указанная норма встречалась в договорах подряда, когда оплата была взаимосвязана с предоставлением исполнительной документации, совершением платежей заказчиком, бюджетом и т.п.

Судебная практика на сегодняшний день разделяет указанные обязательства, говоря о том, что заказчик имеет право обратиться с иском о понуждении исполнения обязательства к подрядчику. А подрядчик, в свою очередь, вправе требовать осуществления оплаты выполненных работ в любом случае. Практически же стороны иногда пытаются использовать указанную норму, в какой-то степени вымогая оплату у заказчика, которому исполнительная документация необходима для ввода объекта в эксплуатацию. Суды данную норму применяли следующим образом: взыскивали задолженность с заказчика в пользу подрядчика, разъясняя заказчику его право обратиться с иском к подрядчику о понуждении предоставления индивидуально-определенной исполнительной документации.

Безусловно, указанная норма будущей статьи 3011 носит дискуссионный характер, поскольку ей смогут недобросовестно пользоваться должники. На сегодняшний день такие попытки судами пресекаются.

В будущем наверняка будут сформированы какие-то новые подходы, дабы исключить перечисленные злоупотребления.

Перемена лиц в обязательстве, прекращение обязательства

Также изменения коснутся перемены лиц в обязательстве. В частности, в статье 356 ГК появится формулировка, согласно которой при множественности уступок права требования должник будет обязан исполнить обязательство в пользу кредитора, указанного в последнем полученном им уведомлении. Таким образом, важным станет контроль за направлением извещений о произошедшей перемене лиц в обязательстве. Вместе с тем направлять все их в адрес должника необходимости не будет. Достаточно направить только последнее. Уведомлять о переходе права сможет как новый, так и первоначальный кредитор. В судебной практике суды исходили из того, знало ли лицо, исполнившее обязательство, в пользу кого ему необходимо было данное обязательство исполнять. Суды обычно анализировали переписку сторон и в случае, если исполнение было осуществлено в пользу того кредитора, о котором последним был извещен должник, признавали данное исполнение надлежащим.

Важное для целей процедуры банкротства изменение коснется статьи 353 ГК, которая будет дополнена нормой о том, что если для перехода к другому лицу прав кредитора требуется согласие должника, то отсутствие такого согласия не препятствует передаче прав кредитора в порядке, установленном законодательством об экономической несостоятельности (банкротстве).

Изменения коснутся и перевода долга. В частности ГК будет дополнен статьей 3631, согласно которой будет предусмотрена возможность переводить долг без согласия должника, в том числе на основании нормы законодательства.

Как и многие из вышеназванных норм, данная норма заимствована из российской правовой системы, и кодекс в этой части будет гармонизирован с Гражданским кодексом Российской Федерации.

Новой нормой будет являться часть статьи 381, которая не существовала ранее в ГК. В ней идет речь об обязательствах, срок исполнения которых не наступил. По общему правилу, прекращение обязательств зачетом возможно было осуществлять только по обязательствам, срок исполнения которых наступил. Новая редакция статьи 381 ГК предусмотрит возможность прекращения обязательств, срок исполнения по которым не наступил.

Указанное изменение также заимствовано из Гражданского кодекса Российской Федерации. Подобный зачет можно будет производить исключительно по соглашению сторон.

Обеспечение исполнения обязательств

В части обеспечительных норм необходимо обратить внимание на следующие изменения.

В первую очередь, это изменения в статье 314 ГК. Согласно им появится дополнительная формулировка, дающая суду право применять эту статью в части уменьшения подлежащей взысканию пени в отношении лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность только по их ходатайству. На сегодняшний день указанное право реализуется судом во всех случаях, независимо от того, заявляется ли такое ходатайство либо нет. Причиной принятия данной нормы стала необходимость устранения коллизий с подпунктом 5.7 Декрета № 8, который закрепил невозможность уменьшения согласованных сторонами санкций в договоре, заключенном с участием резидентов ПВТ, а также гармонизация с законодательством Российской Федерации.

Кроме того, довольно часто на сегодняшний день в судебных заседаниях сторонами выдвигается разумное возражение: если ставка пени предусмотрена сторонами добровольно в договоре или же, более того, предусмотрена в действующем законодательстве Республики Беларусь, например в Правилах заключения и исполнения договоров строительного подряда № 1450, имеет ли суд право вторгаться в волю сторон или законодателя в этой части? Вопрос на сегодняшний день дискуссионный. Право суда на такое вторжение не связано ни с чем, и реализует он его по своему усмотрению. В будущем планируется такое право взаимоувязать с ходатайством должника, осуществляющего предпринимательскую деятельность. А в отношении субъектов хозяйствования, не осуществляющих предпринимательскую деятельность, оставить безусловное право суда на уменьшение данной пени (штрафа, неустойки).

Изменения должны коснуться и такого способа обеспечения обязательства, как залог. Так, заключение договора залога станет возможным до заключения основного, обеспечиваемого залогом обязательства. При этом право залога будет возникать с момента, определенного договором залога, но не ранее возникновения обеспечиваемого обязательства. Статья 3391 проекта будет предусматривать возможность залога части имущественных прав, совокупности имущественных прав (требований), вытекающих из договора или иного обязательства. Кроме того, проект устанавливает возможность залога имущественных прав (требований), которые возникнут в будущем, а также их совокупности.

Кроме того, появится формулировка, взаимоувязывающая залог и уступку права требования. В частности, будет предусмотрено, что, если уступка права требования запрещена договором или законодательством, залог права требования также невозможен. Но если же такой запрет на уступку права стороны предусмотрели в договоре после осуществления залога, залог уже будет являться действительным.

Следующие изменения коснутся норм о задатке. В статьях 351 и 352 ГК появится представляющая интерес новелла. Согласно проекту изменений ГК задатком можно будет обеспечивать не только основное обязательство, но также и заключение основного обязательства в предварительном договоре. То есть на стадии заключения предварительного договора можно будет предусмотреть сумму задатка, обеспечивающего заключение основного договора в будущем. Кроме того, будет указано о том, что проценты на сумму задатка не начисляются, если иное не предусмотрено договором. Таким образом, проценты смогут начисляться, если стороны предусмотрят это прямо в условиях договора о задатке.

Не лишним будет напомнить об отличиях задатка от аванса. Аванс в случае неисполнения основного обязательства подлежит возврату. В случае же с задатком задаток является обеспечительной мерой и возврату не подлежит в случае, если обязательство не исполнено. Если же обязательство исполнено, задаток засчитывается в счет стоимости этого основного обязательства и доплачивается лишь разница. Неначисление процентов на сумму задатка связано с тем, что он носит невозвратный характер, в отличие от аванса. Проценты на аванс, напомним, подлежат начислению в случае его возвращения.

Заслуживающие своего внимания изменения появятся в статье 366 ГК. Так, согласно им ставка рефинансирования в случае взыскания долга в судебном порядке или на основании исполнительной надписи нотариуса будет определяться на день наступления срока исполнения обязательства. Напомним, что на сегодняшний день такая ставка определяется на дату взыскания долга в судебном порядке. Кроме того, важные изменения произойдут в части соотношения права на взыскание неустойки и процентов. Согласно новой норме, если соглашением сторон или законодательством предусмотрено взыскание пени (штрафа, неустойки) за ненадлежащее исполнение обязательства, проценты по статье 366 не будут подлежать взысканию, если иное не предусмотрено законодательными актами. Напомним, подобный подход заложен в Гражданском кодексе Российской Федерации.

Статья 310 ГК будет дополнена нормой, устанавливающей, что прекращение основного обязательства повлечет прекращение обеспечительного обязательства. Данное правило будет применяться, если законодательством или договором не установлено иное, а также когда это не противоречит существу обеспечивающего обязательства.

Взыскание убытков

Важные изменения коснутся активизации взыскания убытков. Так, статья 364 ГК будет дополнена несколькими частями и пунктами, содержание которых сводится к следующему. Несмотря на использование кредитором иных способов защиты нарушенного права, за ним сохранится право требовать также и возмещения убытков, причиненных ненадлежащим исполнением обязательства. Также будет закреплен запрет судам отказывать в удовлетворении требований о возмещении убытков только на том основании, что их размер не установлен судом точно. По новой норме размер убытков сможет быть установлен примерно, с разумной степенью достоверности и с учетом всех заслуживающих внимания обстоятельств.

Предлагаемые проектом изменения в ГК направлены на активизацию применения участниками имущественного оборота такой формы ответственности, как возмещение убытков, причиненных в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств.

Новое о договорах, новые виды договоров

Как уже указывалось в начале настоящего материала, скорость развития экономических отношений значительно опережает темп развития гражданского законодательства. По данной причине в статью 391 ГК планируется внесение изменений, предусматривающих возможность применения в отношении договора, не предусмотренного ни целиком, ни в какой-либо его части законодательством, правил аналогии закона (статья 5 ГК).

Также чрезвычайно важные изменения будут внесены в пункт 2 статьи 392 ГК. В частности, правила о том, что нормы договора при изменении законодательства должны приводиться в соответствии с законодательством, если иное не предусмотрено последним, будут заменены противоположной формулировкой. В будущем нормы договора при изменении законодательства будут сохраняться в силе, кроме тех случаев, когда в данных актах законодательства прямо будет установлено, что договор подлежит приведению в соответствие с новыми нормами законодательства. Таким образом, будет обеспечен принцип стабильности, неизменности договора, что требуют как инвесторы, так и все отечественные предприниматели.

Опцион на заключение договора и опционный договор. Две новые нормы, впервые появившиеся в законодательстве после принятия Декрета № 8 (подпункт 5.2), – это опционы.

Опцион на заключение договора не является предварительным договором, а представляет двустороннюю сделку, объектом которой право заключения договора в последующем. Иными словами, опцион более подобен на безотзывную оферту. Опцион по общему правилу предоставляется за плату, и эта плата не включается в счет платы по будущему договору, если стороны не договорились об ином. Важным условием опциона является идентификация предмета будущего договора, свою обязанность заключить который продает потенциальный продавец потенциальному покупателю. Вместе с тем потенциальный покупатель может отказаться от заключения договора в будущем. Потенциальный продавец такого права не имеет. Права на заключение договора по опциону могут быть уступлены, если это не запрещено опционом.

В отличие от опциона на заключение договора опционный договор предусматривает обязанность продавца передать, принять в будущем по требованию покупателя исключительные права, имущество. Если в установленный срок права не будут заявлены, договор прекращается.

Различие между опционом на заключение договора и опционным договором главным образом состоит в том, что в первом случае осуществление права управомоченным лицом приводит к появлению нового обязательства, во втором же случае его волеизъявление представляет собой реализацию права в рамках уже существующего обязательства.

Публичный договор. Данный вид договора ранее был предусмотрен статьей 396 ГК. Планируемое изменение в него коснется того, что законодатель распространит его действие не только на коммерческие организации, как это есть теперь, но и на все юридические лица вообще, а также на индивидуальных предпринимателей.

Значительные изменения претерпит глава 43 о факторинге. Из 1 статьи данная глава «разрастется» до 11, детально регламентирующих данную, давно ожидающую своей реинкарнации норму. Главный посыл, заложенный законодателем в главе, состоит в том, что фактором смогут быть не только банк или небанковская кредитно-финансовая организация, как это есть теперь, но любая коммерческая организация. Представляется, что активное применение указанной нормы позволит существенно снизить долговую массу в отечественной экономике.

Англо-американские правовые конструкции

Возмещение имущественных потерь (indemnity). Новая норма появится в статье 3091 ГК. По соглашению сторон, закрепленному в договоре, стороны могут предусмотреть обязанность обязанной стороны возместить имущественные потери, которые у нее возникнут в случае наступления определенных обстоятельств, не связанных с нарушением договора. Таким образом, данная норма отличается от возмещения убытков, которые по своей правовой природе непосредственно связаны с нарушением обязательства. Размер возмещения или порядок его определения должен определяться сторонами в договоре. Размер данных потерь не может быть уменьшен судом, кроме случая умышленного их увеличения самой стороной. После возмещения потерь, причиненных третьим лицом, сторона получает право регресса к третьему лицу, их причинившему.

На практике такие потери могут быть вызваны невозможностью исполнения обязательства, предъявлением требований третьими лицами или органами государственной власти к стороне или к третьему лицу, указанному в соглашении, и т.п.

Заверения в обстоятельствах (representetions & warranties). В статье 4012 ГК будет предусмотрена ответственность стороны по договору за предоставление недостоверной информации при его заключении. Важно отметить, что данная норма будет распространяться лишь на сведения, которые имеют значение для заключения, исполнения и прекращения договора. В качестве примера законодатель называет сведения о:

  • предмете договора; 
  • правах на имущество; 
  • специальных разрешениях и лицензиях; 
  • полномочиях, финансовом состоянии.

Названная ответственность будет состоять в возмещении сверх неустойки реального ущерба, причиненного предоставлением такой недостоверной информации. Даже признание договора ничтожным (незаключенным) не будет освобождать сторону от возмещения ущерба. Напомним, что согласно статье 14 ГК реальным ущербом являются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение имущества.

Кроме того, предоставление подобной недостоверной информации будет являться основанием для одностороннего отказа от договора, если данные заверения второй стороны имели для другой существенное значение.

Отказ от договора, исполнения договора, осуществления прав по договору (waiver).

Пункт 3 действующей статьи 420 ГК выведен в отдельную статью 4201. Согласно подходу, в ней заложенному, при отказе от договора стороны должны действовать добросовестно и разумно. Важно отметить, что уведомление об отказе должно будет оформляться в той же форме, что и сам договор (речь идет о письменной либо устной форме). Моментом прекращения договора будет момент получения уведомления.

Важной новеллой, направленной на пресечение злоупотреблений правом на отказ, является норма данной статьи, устанавливающая, что принятие исполнения от другой стороны при наличии права на отказ от договора будет лишать принявшую исполнение сторону права на отказ от договора по этому же основанию в последующем. Кроме того, интересной является юридическая конструкция отказа от права на заявление отказ от договора. Данный отказ должен будет заявляться в той же форме, что и заключен сам договор, при этом в последующем изменить что-либо уже будет невозможно. Воспользоваться правом на отказ сторона уже сможет лишь при повторном наступлении оснований для отказа от договора.

Недействительность сделок, доктрина эстоппель (estoppel).

Ряд изменений коснется оспаривания сделок.

В кодексе получит свое закрепление английский правовой принцип estoppel, согласно которому лицо в силу некоторых обстоятельств утрачивает право ссылаться на какие-либо факты в обоснование своих притязаний. Данный принцип давно применяется в международной судебной и арбитражной практике. Кроме того, включен в нормы российского Гражданского кодекса в 2013–2015 годах.

Так, в отечественном кодексе появится статья 4011, устанавливающая запрет оспаривания сделок, по которым второй стороной предоставлено исполнение, принятое первой, а первая сторона в свою очередь не исполнила полностью или частично свое встречное обязательство.

Указанная норма обезопасит добросовестных контрагентов от недобросовестного оспаривания оппонентами сделок. Схожая норма и ранее существовала на уровне судебной практики. Так, в пункте 7 постановления Пленума Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь от 19.09.2012 № 6 «О некоторых вопросах рассмотрения дел, возникающих из договоров строительного подряда» установлена обязанность при оценке согласования сторонами существенных условий договора строительного подряда, в порядке, установленном законодательством и договором, учитывать наличие или отсутствие разногласий по предмету договора и иным существенным условиям договора в процессе совершения сторонами действий по исполнению договора.

В статье 167 ГК будет закреплено право оспаривать сделки только сторонами такой сделки, а также лицами, указанными в ГК либо законодательстве. Таким образом, для оспаривания сделки необходимо будет являться ее стороной либо указать норму закона, предоставляющую третьей стороне право на оспаривание сделки. Данная норма также направлена на усиление стабильности договора. При этом будет исключена возможность оспаривания сделок по формальному основанию.

Оспаривать сделку сможет только лицо, чьи права и законные интересы были нарушены, в том числе повлекли неблагоприятные последствия.

В развитие вышеупомянутой статьи 4011 статья 167 также будет дополнена пунктом 4, согласно которому заявление о недействительности сделки не будет иметь значения, если сделавшая его сторона всем своим прежним поведением не ставила под сомнение свою волю о действительности данной сделки ранее. Аналогичная норма будет добавлена и в статью 402 ГК. В ней дополнительно будет указано о том, что такие заявления не будут приниматься, если они с учетом конкретных обстоятельств будут противоречить принципу добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений.

Большой интерес представляет норма статьи 1661, планируемой к появлению в ГК, о юридически значимых сообщениях.

Напомним, что до настоящего времени в кодексе имелась лишь норма о заключении договора посредством направления документов различными средствами связи.

Однако судебная практика в последнее время активно использует в качестве доказательств юридически значимых действий и письма, направленные посредством различных средств связи, в том числе электронной почты, Viber, Skype и др.

В соответствии со статьей 1661 любые юридически значимые сообщения, с которыми законодательство или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю, при условии, что такие юридически значимые сообщения были направлены от имени лица, уполномоченного на их совершение. При этом самым важным является то, что такие сообщения будут считаться доставленными даже в тех случаях, если они были направлены адресату, но по обстоятельствам, зависящим от адресата, не были им получены или адресат не ознакомился с ними.

Искоренению злоупотреблений также посвящено и дополнение статьи 175 ГК Республики Беларусь, касающейся ограничения – доказательства полномочий на совершение сделки. Данная норма будет дополнена оговоркой, прямо устанавливающей возможность оспаривания по данному обстоятельству сделок, лишь в случаях, когда будет доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать о данных ограничениях в ее отношении.

Таким образом, основным критерием применения доктрины estoppel является непоследовательное, непредсказуемое поведение стороны, обман с ее стороны, несоответствие заявлений об отказе от договора истинной воле, выраженной в поведении при исполнении договора. Эстоппель предотвратит характерные для отечественной практики разновидности мошенничества, с которыми часто сталкиваются в том числе подрядные организации.

Договор счета эскроу (escrow) появится в статье 7741 новой редакции ГК. Счет эскроу обычно применяется для исполнения трехстороннего договора, который заключен между участниками: продавцом, покупателем и третьей стороной (банком или иной организацией). Последний выполняет функцию доверительной стороны и гаранта.

Данный вид договора несколько десятилетий применяется в международной практике хозяйствования. В российской правовой системе он появился в 2017 году. По данному трехстороннему договору сторон с банком (финансовой организацией) эскроу-агент открывает второй стороне специальный эскроу-счет, на котором депонируются средства стороны для оплаты их бенефициару при наступлении определенного события. Права на денежные средства на указанном счете до наступления события, с которым связывается оплата, принадлежат депоненту, а затем – бенефициару.

Использование счетов-эскроу имеет широкое распространение при продажах строящихся объектов недвижимости. При их использовании, при банкротстве застройщика, подрядчика до передачи объекта заказчику денежные средства удерживаются банком, а затем передаются застройщику или подрядчику. В отечественной правовой практике открытие несколько схожих счетов (они назывались не эскроу-счета, а специальные счета) было предусмотрено подпунктом 1.2 Указа Президента Республики Беларусь от 10.12.2018 № 473 «О долевом строительстве». Согласно ему привлечение денежных средств дольщиков должно производиться на специальные счета, открытые для каждого объекта строительства, за исключением прибыли застройщика, направляемой на его текущий (расчетный) банковский счет, если иное не предусмотрено настоящим Указом.

Вместе с тем данные счета открывались застройщиками, и денежные средства на них, внесенные дольщиками, сразу принадлежали застройщикам, и ограничение в их использовании состояло лишь в направлении на цели, соответствующие назначению счета. Право собственности на средства на счете эскроу, как указано выше, остается за заказчиком до момента наступления какого-то оговоренного события (например, передачи объекта недвижимости, объекта интеллектуальной собственности, иного товара и т.п.). Таким образом, счет эскроу более подобен на аккредитив. Отличие лишь в большей гибкости эскроу и большей ответственности банка за контролем за ходом исполнения операции сторонами.

Белявский С.Ч.,
юрист-лицензиат, директор ООО «Экономические споры»

С иными материалами правоприменительной практики можно ознакомиться в системах
«ЭТАЛОН» и «ЭТАЛОН-ONLINE»

Материал предоставлен Национальным центром правовой информации Республики Беларусь
При использовании материала ссылка на Национальный центр правовой информации Республики Беларусь обязательна!

Нашли ошибку? Выделите текст с ошибкой и нажмите «Ctrl+Enter».